savliy (savliy) wrote,
savliy
savliy

Categories:

Трагедии Беслана пять лет

Самый чудовищный в российской истории теракт унес жизни 331 человек, 227 раненых попали в больницы в тяжелом состоянии.

Должностные лица в этой страшной ситуации почти поголовно показали себя совершенно несостоятельными - с нравственной и профессиональной точек зрения. Если бы не действия лиц, чья причастность к событиям возникла только в результате личной инициативы, ситуация была бы совершенно безнадежной и гора трупов была бы еще выше.

Несмотря на очевидную недееспособность власти, своими постами за трагедию расплатились только осетинские чиновники. Иные позднее получили другие высокие назначения, иные отправились на пенсию. Виноватых не нашлось. На своих местах остались директор ФСБ и глава МВД. Надолго задержались в президентских креслах бывшие «силовики», посаженные на президентские посты в Ингушетии и Чечне. А Путин, хотя он высказался в своем обращении к нации достаточно ясно и резко, пошел на попятную и не стал трогать кадровый состав силовых структур, которые продемонстрировали свою несостоятельность.

Страдальческое лицо Путина, произносившего обращение к нации 4 сентября 2004 года, предвещало крутые меры. Верховный главнокомандующий, а не какой-нибудь кухонный философ, заявил, что России объявлена война. Для добропорядочного гражданина это означало необходимость немедленно ответить на призыв. Страна напряглась в ожидании команды выступить на защиту Отечества. Команды не последовало. Последовала тотальная ложь.

В этом деле телевидение сыграло свою гнусную роль. Буквально за полчаса до трагической развязки в программе «Вести» было продемонстрировано обращение жены одного из террористов, которая сказала: «Спаси детей. Сделай все по Аллаху, а не по своей воле». И показали ее детей. Это можно было трактовать только так: забудь о жалости и милосердии, на твоей стороне будет Аллах.

Сообщения о том, что «спецслужбы работают по родственной базе террористов» также взвинтили обстановку в захваченной школе. Публикация данных о специфической деятельности по противодействию бандитам спровоцировала еще большую жестокость.
Показательно, что руководители местного ВГТРК продали «сигнал» зарубежной компании CNN, которая начала вещать из Беслана первой. Кто-то погибал от рук бандитов, а кто-то делал свой маленький бизнес.

Постыдными и провокационными были действия отдельных политиков.
Руководство «Единой России», вместо того чтобы собирать депутатов на сессию из отпусков, решило прислать в Беслан свою делегацию - пофигурировать на телеэкране. Они бы сделали это, но не успели. Зато успел покрутиться на телевидении Б.Грызлов, рассуждавший, что придется кое-где ограничивать права человека.

Рамзан Кадыров намеревался прислать в Беслан делегацию чеченских женщин для митинга против терроризма. В штабе, руководящим операцией по освобождении заложников, нашлись люди, которые поняли, что этих женщин родственники заложников просто разорвут на части, а ситуация в городе выйдет из-под контроля.

Представители спецслужб все время очень ревниво относились к действиям всех остальных государственных структур. Когда от одного из заложников, освобожденных Аушевым, была получена информация, что в спортзале сидит не менее 1000 человек, последовал чванливый ответ: не надо сеять панику, их там не больше 300.

Примерно такое же отношение было к попыткам организовать подготовку скорой медицинской помощи на случай непредвиденного развития событий и большого числа пострадавших. Поначалу это дало эффект: недалеко от школы выстроились около 40 карет скорой помощи. Но какой-то умник распорядился их оттуда убрать, и когда помощь понадобилась, машины буквально по одной пробивались к школе через людское месиво.

Как только чиновники обнаружили, что общество не делает из трагедии далеко идущих выводов на счет власти, они тут же забрали назад свои резкие заявления. Послание к нации, с которым выступил Путин, содержало множество прозрачных намеков, но через неделю эти намеки уже были только намеками. Никаких реальных действий президент так и не совершил, никаких выводов о своем месте в системе власти и своей ответственности за случившееся не сделал.

Не случайно организацией траурных митингов занимался не президент и не его соратники. Главным организатором митинга в Москве стал мэр Лужков, превративший акт народного гнева и скорби в личное дело, в пропаганду своей персоны. Когда первый канал телевидения приглашал людей на митинг, все думали, что это идет от имени Путина, что на митинге выступят первые лица государства. Получилось, что на трибуне собралась всякая шушера – как в советские времена в народ вещали никому не ведомые персонажи, а подвел итог пустопорожней болтовне Лужков, раскритиковавший правительство.

На митинг приехал Дмитрий Рогозин, стремящийся рассказать, как все было на самом деле. Он трое суток не спал, работая в штабе рядом с захваченной террористами школе, а теперь гнал машину от далекого Пскова, лишь бы успеть выступить перед взволнованными гражданами. Но лужковские холуи встали стеной и не пустили председателя фракции «Родина» на трибуну. За трибуной вальяжно ходил Андрей Исаев – одни из руководителей фракции «Единая Россия» в Госдуме. Он не отказал себе в удовольствии задеть смертельно уставшего Рогозина сарказмом: «Вот когда, Дмитрий Олегович, Вы станете мэром Москвы, тогда и будете выступать на московских митингах без ограничений».

Кто же выступал вместо политиков, вместо государственных мужей, вместо очевидцев? Карикатурно изломанный артист еврей Райкин, телеведущий еврей Соловьев, пара второразрядных «представителей конфессий» и еще целый выводок записных ораторов «от народа». Тут же стояли самые важные «отцы города» - глава Мосгордумы (его роль – пресечение каких-либо разговоров даже о временном закрытии Москвы для мигрантов), вечно бубнящий несуразицы адвокат Резник, вечный вице-мэр Шанцев, порхнувшая сюда неизвестно откуда гимнастка Кабаева и еще дюжина всякой придворной челяди. На этом фоне Лужков должен был выглядеть просто златоустом: только он смог произнести пару-тройку осмысленных фраз. И больше он не смог, оставшись в целом в рамках бессмыслицы, которую наговорили его пафосные холуи.

Море людское, заполнившее площадь, было обильно разбавлено заказными митинговщиками, которых по приказу Лужкова свозили из муниципальных структур и институтов столицы автобусами. Как только люди увидели состав выступающих, они стали расходиться. Было хорошо видно, что с первыми же словами, произнесенными в микрофон, образовался мощный поток в сторону метро.
А чем занялись другие сегменты власти?

Секретарь Совбеза И.Иванов просто затеял разработку очередной концепции безопасности. Это лучший способ уклониться от ответственности – потеть над очередным многостраничным документом, сделав вид, что работа над ошибками – дело совершенно не нужное. Этот специалист по тому «как организовать провал» снова намерен был выяснять, что такое национальная безопасность и привлекать для этого общественность на «круглые столы». Он, таким образом, готовил следующий стратегический провал. Президент дал ему такой шанс. А Совбез остался структурой, собравшей в своих кабинетах отставных тунеядцев и тайных изменников – соучастников разрушения страны в 1991 году. Это можно считать лишь гипотезой, но без нее трудно объяснить стратегический провал России в 2004 году – буквально по всем направлениям (включая, например, сдачу Аджарии, к которой И.Иванов принял личное участие).

Министр обороны С.Иванов почему-то стал говорить о множестве террористов, прибывающих к нам из десятков стран. Кажется он, не мог оторваться от стиля мышления, привитого по прежнему месту работы – в спецслужбах. Именно поэтому он подвергся тайным насмешкам своих подчиненных, которые не могли не видеть непрофессионализма министра, который дает команду подготовить учения по отражению нападения террористов на походную колонну стрелкового полка. Им без всяких учений ясно, что террористы на такие колонные не нападают, а нападают на невооруженных граждан. Потому что полк обладает такой  огневой мощью, что за сколько секунд он уничтожит любую группу боевиков. Правда, это в боевой обстановке. Вот если скажут, что стрелять нельзя (как было не раз в Чечне), то придется туго, и террорист будет потешаться над солдатом, руки которого повязаны изменниками, засевшими в Кремле и в штабах.

Министр внутренних дел и директор Федеральной службы безопасности, представ перед Государственной Думой, готовы были говорить только банальности и отчитываться о сотнях предотвращенных терактов. Раньше все это называлось просто уголовщиной. Теперь - ради успокоения обывателя и в угоду политической конъюнктуре – переписывали с одной уголовной статьи на другую. Помнится, после убийства чеченского президента А.Кадырова шеф МВД Р. Нургалиев предлагал формировать строительные бригады чеченцев и платить им столько, чтобы их не тянуло закладывать фугасы. Теперь про идею забыли: стало ясно, что подкладывают фугасы из «спортивного интереса», свойственного изуверам, а вовсе не от безысходной нищеты. Тем не менее о недостатке рабочих мест толковали все силовые министры – как будто Кавказ размещен за Полярным кругом, а не в самом выгодной климатической зоне России, где природа за труд воздает сторицей.

Генеральный прокурор с отчаянья предложил брать в заложники родственников террористов. И никто не поддержал его - не сказал, что именно так и следует поступать. Отчаянье было перед неизбежной отставкой. Но не за провороненный теракт. Просто в силу внутривластных интриг. И не был никогда настоящим борцом с преступностью прокурор В.Устинов, и на посту главы Минюста не стал ничем иным, кроме того, чем был – чиновником. На посту полпреда президента в ЮФО он прославился лакейской характеристикой Рамзана Кадырова: «Та критика, которая сегодня еще дается в адрес ЧР, что здесь не достаточно демократии, я считаю, что во многом надуманна... Кадыров человек по своей натуре глубоко духовный и нравственный» (август 2009)..

Власть, напрягшаяся от злого выступления Путина 4 сентября, снова обмякла и принялась за свое – врать и подличать. Сигналом для расслабления было объявление, что расследование трагедии будет происходить в закрытом режиме, а парламентское расследование будет возглавлять ни к чему не пригодный спикер верхней палаты Миронов.

Расследование было намеренно затянуто. Случайно оказавшиеся в Беслане в гуще событий депутаты думской «Родины» во главе с Дмитрием Рогозиным не были включены в состав парламентской комиссии. Фракция «Родина», принявшее решение о недоверии правительству и приступившая к процедуре сбора подписей для вынесения этого вопроса на голосование Думы, была подвергнута информационной блокаде. Ни один канал телевидения не сообщил об оценках лидеров «Родины», сделанных в отношении высокопоставленных должностных лиц. Под руководством штатных административных интриганов продолжилась линия «не пускать Рогозина никуда».

Создание парламентской комиссии по Беслану под патронажем С.Миронова имело одну цель: перехватить инициативу и спрятать концы в воду. В Совете Федерации не нашлось мужественных людей, которые встали бы на сторону общества против изменников, скрывших истинные причины трагедии и истинных ее виновников. Среди депутатов Госдумы, включенных в состав комиссии, лишь депутат фракции «Родина» Юрий Петрович Савельев проявил себя как гражданин и народный представитель. Я горжусь тем, что близко знаком с этим человеком. На праздновании его 70-летиия (как раз накануне завершения наших депутатских полномочий в 2007 году), я сказал: «Если меня спросят, знаю ли я настоящих героев, то я первым делом вспомню Юрия Петровича. Он совершил гражданский подвиг, проведя собственный анализ причин Бесланской трагедии».

Юрием Савельевым, доктором технических наук, специалистом-взрывотехником высшей пробы по материалам дела (показаниям свидетелей и фотоматериалам) было достоверно установлено, что спортзал с заложниками был взорван не захватившими их боевиками, а выстрелами из гранатомета и огнемета извне. Расчет стрелявших был в том, чтобы убить боевика, который стоял на кнопке взрывного механизма. Боевик был сметен выстрелом, но взрыва не последовало. Заложников, которые остались живы после этого обстрела, боевики вывели в другие помещения, и только потом взрывные устройства сработали от начавшегося пожара. Кому-то (думаю, что услужить хотели все-таки Путину) надо было «разрешить ситуацию». И ее разрешили таким живодерским способом. А потом били из всех стволов, не щадя ни заложников, ни боевиков. Каждый из них – лишняя информация о том, кто отправил на тот свет бесланских детей.

Альтернативый доклад Юрия Петровича не был допущен к широкому разглашению. Его доводы не были затребованы следствием, не рассматривались властями, не замечены высшим руководством страны. Официальное следствие не раз заходило в тупик, пока тема не сошла с первых страниц газет. Никто толком не заметил, когда оно все же закончилось. Парламентское расследование закончилось фальшивкой – докладом, который не показали даже депутатам. Глава комиссии лишь огласил выводы, которые просто повторяли прокурорские предположения. При оглашении этих выводов фракция «Родина» в «дебатах» (по 5 минут от фракции) дала возможность выступить Ю.П.Савельеву. Он не оставил камня на камне на выводах парламентской комиссии. Но это ничего не изменило. Власть решила скрыть правду.

За полгода после Беслана власть отчиталась только одним – убийством Аслана Масхадова. Его труп в луже крови показывали многократно все государственные телеканалы, нарочно подчеркивая, что это подарок женщинам к 8 марта. Это была прямая цитата из уст другого головореза – Р.Кадырова, которому за особые заслуги Путин вручил звание Героя России. Между тем, смертоубийство в Чечне и разгул чеченской мафии по стране продолжались. Смерть Масхадова никаких препятствий этому не создала. Просто потому, что власть оказывается соучастником преступлений бандитов. Одних бандитов она вяло преследует, с другими дружит. Дружит против России и русских.

Власть ничтожеств и изменников дала фальшивый сигнал к атаке на врагов Отечества, а сама скрылась в штабных блиндажах. Рванувшиеся в бой  оказались в дураках и даже были обвинены в «возбуждении и разжигании». Их теперь выставляли не просто экзальтированными чудаками, а прямо фашистами. Больше всего досталось «Родине», поскольку именно эта партия реально готова была биться за Россию на всех фронтах, исполосовавших нашу страну. Власть занялась не битвой с врагом, ясным и всем видным, а растаскиванием последних ресурсов сопротивления – всего, что не удалось разграбить ельцинистам и что нации все-таки удается, вопреки той же власти, производить.
Через полтора года после трагедии я побывал во Владикавказе. Только здесь еще помнили Беслан. Но и среди осетин эта память была однобокой. Их добродушие и хлебосольство как-то причудливо сочеталось с общим негативом в адрес русского политического движения, которое считали опасным. Но разве русские убили осетинских детей? Разве русский народ не воспринял трагедию Беслана как свою собственную? Разве русские политики не сделали все возможное, чтобы правда о Беслане не растворилась в потоках лжи, распространенной по поручению федеральной власти? Нет, многим важнее была не солидарность русских и осетин, а поиск конфликтных точек, поиск повода для того, чтобы почувствовать себя оскорбленными. И такой повод находили в агитационном ролике «Родины» на выборах в Москве об арбузных корках. О нем судили именно так, чтобы считать себя оскорбленными.

Мне довелось потратить немало усилий, чтобы осетинские активисты «Родины» поняли, что для нас значил этот ролик. До усталости голосовых связок я говорил с малыми группами и в аудитории на сотню человек, до отвращения пил осетинское вино в бесконечных застольях – лишь бы понимание между русскими и осетинами продвинулось хоть на один шаг. Продвинулось. Но этого шага оказалось мало. Трагедия Беслана не прояснила сознание ни русских, ни осетин, ни чиновников, ни руководителей государства.

Продолжение следует
Tags: Беслан, Осколки эпохи Путина, террор
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments